Россия у А.Блока и поэтическая традиция

Россия у А.Блока и поэтическая традиция

3

Содержание

Введение

Глава 1. Формирование творческого мировоззрения А.Блока

1.1.Влияние классической литературы

1.2. Романтические традиции Жуковского в раннем творчестве А.Блока

1.3. «Пушкинская культура» в лирике А.Блока

1.4.Влияние А.Фета на творчество А.Блока

1.5. Н.В.Гоголь и Ф.М.Достоевский в творческом сознании А..Блока

Глава 2. Россия у А.Блока и поэтическая традиция

2.1. Традиции Н.А.Некрасова в развитии темы России в творчестве А.Блока

2.2.Влияние поэзии Вл. Соловьева на поэтическое творчество А.Блока

Заключение

Библиография

Введение

Одна из важнейших задач в словесности -- выработка представления о литературе как о процессе, то есть о совокупности не разрозненных, а взаимосвязанных и взаимообусловленных явлений. Это легче делать на примерах прозы, где преемственность сюжетов, мотивов, характеров, важных деталей нагляднее и потому доступнее восприятию. Сложнее показать идейно-тематическую преемственность, если речь идёт о лирических произведениях. Здесь, как правило, восприятие формы преобладает над восприятием содержания, так что звучание заслоняет смысловое наполнение произведения или, по словам Б.Пастернака, “образ мира, в слове явленный”. Тем более в этом случае важно иметь навыки исследования текста, умение определять традицию, а затем и своеобразие сочетающегося с ней авторского новаторства.

Этим обусловлена актуальность работы. Интересна она еще тем, что именно А. Блок принадлежал к числу тех поэтов, кто наиболее естествен-но ощущал себя связанным с русской поэтической культурой кров-ными узами родства, выявлению которых и посвящена наша работа.

За относительно короткий период времени Блок в своей поэти-ческой деятельности проделал громадную эволюцию. Д. Максимов, посвятивший изучению творчества Блока несколько программных работ, очень точно назвал эту особенность блоковского творчества «воплощением идеи пути в его поэтическом сознании»[12]. Это связано с необычайной чуткостью поэта к событиям внешней жизни и с самой действительностью, менявшейся поистине стре-мительно. Блок формировался как поэт в 90-е годы XIX в., когда еще явственно давала о себе знать атмосфера эпохи «безвременья», как позже назвали 80-е годы символисты.

Представление о символизме в сознании читателя часто связы-вается с разрушением традиций русской классики XIX в.. во многом такое суждение справедливо. Однако требуется существенная оговорка: символизм действительно противостоял реалистическим традициям отечественной литературы, господствовавшим в про-шедшем столетии, но при этом имелся в виду реализм как худо-жественный метод, а не пантеон имен, связанных с реализмом. В символизме не было, как позже в футуризме, нигилистически-пренебрежительного отношения к «дорогим именам». Напротив, считая себя наследниками всей мировой культуры, заимствуя, по-добно своим западным единоверцам, «краски со всех палитр и зву-ки со всех клавиров» (Теофиль Готье), русские символисты вме-сте с тем всячески подчеркивали свою связь с отечественной клас-сикой. А. Пушкин, М. Лермонтов, Ф. Тютчев, А. Фет, Н. Гоголь, Ф. Достоевский и Н. Некрасов -- среди тех, кого символисты называли своими великими предшественниками не забывая о том, что вообще символистам был свойствен своеобразный подход к творческому наследию великих художников прошлого, когда оно интерпретировалось применительно к нуждам философско-эстетических (правильнее сказать религиозно-эстетических) построений символистов, все же необходимо отметить, что активное обраще-ние к русской художественной культуре выгодно отличало симво-листов от последующих модернистских школ, и круг имен русских поэтов, оказавших заметное влияние на представителей «нового ис-кусства», должен быть даже расширен за счет включения таких, как Е. Баратынский, К. Батюшков, Я. Полонский, А. Майков,An. Григорьев, А. Апухтин и др., не говоря уже о В. Соловьеве, ставшем духовным отцом «младших» символистов.

Провозглашая в публицистике символизм как принци-пиально новое и вполне самостоятельное явление, на практике все без исключения виднейшие символисты считали себя продол-жателями дела русских классиков. Не составляет в этом смысле исключения и А. Блок.

Для написания использовались работы, монографии, статьи

ученых, литературоведов, критиков. Так в монографии Авраменко А.П. « А.Блок и русские поэты» творчество поэта рассматривается на стыке двух эпох и предствалено как завершающее звено в развитии русской поэзии и открывающее новые пути в поэзии XX в.

Л. Долгополова в книге «На рубеже веков» уместно делает одну существенную оговорку, где речь идет о диалектике блоковского творчества. Вполне справедливо инте-ресное суждение о литературе дает автор, которая стала для Блока «не суммой программ., а суммой личностей, каждая из ко-торых обладала в его глазах своей особой ценностью и была ве-личиной самостоятельной»[4].

Д.Максимов в книге «Поэзия и проза А.Блока» отмечает, что более созвуч-ными настроениям поэта в дореволюционный период становятся те авторы, чье трагическое мирочувствование, так же как у Блока, отразилось в темах неуюта, непокоя, трагизма жизни: Е. Баратын-ский, Ап. Григорьев, Ф. Тютчев и М. Лермонтов.

На «всеядность» символистов показывает В Орлов в книге «Жизнь А.Блока» Объединяя в своих рядах художников не только блестяще одаренных, но и без ис-ключения великолепно образованных (не случайно М. Горький, например, называл В. Брюсова «самым культурным писателем» России), символизм усилиями своих приверженцев вырабатывал эстетику, учитывающую лучшие достижения мировой литературы. Этим и объясняется столь необычайно широкий диапазон имен ав-торов, почитаемых ими своими: от Данте и Пушкина до Гамсуна и Метерлинка, в представлении обычного читателя едва ли име-ющих точки соприкосновения. В этом смысле, если правомерно вообще говорить о традициях мировой культуры, так как это по-нятие слишком уж обширно и неопределенно по содержанию, то эти традиции различимы в эстетике символизма.Об этом пишет П. Громов в своей монографии « Блок, его предшественники и современники»

И. Машбие - Веров в монографии «Русский символизм и путь А.Блока» отмечает, что будучи по происхождению романтическим явлением искусства, символизм на исходе XIX в. производил свою переоценку ценно-стей, где едва ли не главной составляющей стала борьба за ду-ховное обновление жизни, понимаемое, правда, очень специфично. Такое понимание за-дач в свою очередь повлияло на изменение литературных ориенти-ров, почитаемых в среде символистов как объект особого внима-ния и творческого подражания. На передний план выдвигаются ху-дожники романтической плеяды, которые в XIX в., казалось, бы-ли прочно отодвинуты на обочину историко-литературного процес-са и не могли претендовать на роль властителей умов, такие, как В. Жуковский, Е. Баратынский, А. Фет и особенно Ф. Тютчев, по-теснивший в представлении символистов даже Пушкина. Хотя символисты, конечно, первыми заметили значительность этих ав-торов, надо признать, что в большей мере именно благодаря их усилиям, возрождавшим романтические принципы в искусстве ру-бежа XIX--XX вв., художественное наследие указанных поэтов прочно перешло в разряд отечественной классики.

О символистах и их связи с русской литературой пишет З.Минц, где частности отмечается, что генезис символизма, как и всякого романтического искусства, в отрицании действительности, в данном случае -- в отрицании без-духовного мещанского бытия России. Но нега-тивное отношение к действительности само по себе еще не может быть плодотворной программой искусства, необходимо ясное со-знание того, во имя чего отрицается данная действительность. У символистов отрицание определялось идеалистической природой «ордена», как они сами иногда называли это новое направление в литературе. Залог возрождения литературы, по Мережковскому, в усиле-нии прежде всего мистического содержания. Нужно еще учесть, что символизм вырастал в период некото-рого спада критического реализма, обнаружившего свою недо-статочность в отображении всей сложности современной жиз-ни. 90-е годы стали узловым моментом в развитии русской лите-ратуры, когда единый ствол литературы XIX в.-- критический реа-лизм-- как бы разветвляется в направлении ПОИСКОВ: во-первых, продолжение линии критического реализма в творчестве Л. Тол-стого и его младших последователей (Д. Мамин-Сибиряк, В. Вере-саев, А. Куприн) и обогащение реалистического письма явственно ощутимым лирическим элементом (А. Чехов, В. Короленко, И. Бунин), во-вторых, реалистическая литература, усваивавшая новые, передовые социалистические идеи общественного разви-тия,-- будущая литература социалистического реализма (М. Горь-кий) и, наконец, в-третьих, литература модернистских школ, пер-вой из которых заявила о себе в середине 90-х годов школа симво-лизма. Символизм, таким образом, стал одним из направлений поисков при отталкивании от критического реализма; частично и в этом заключен смысл противопоставления символистами себя и своего творчества реализму.

Г.А.Гуковский в статье «К вопросу о твор-ческом методе Блока отметил одно противоречие: - историзм не в том. что поэт пишет о прошлом, а в глу-бинных качествах.его мироощущения, что и подчеркивает сам автор словами «все, что он (А.Блок) пишет, -- исторично...»[1,67].

Цель работы: исследовать процесс развития художественного творчества

А.Блока в связи с традициями русской поэтической культуры XIX в.

Для достижения цели необходимо решить следующие задачи :

- показать связь символизма и классической литературы;

- рассмотреть творчество А.Блока на стыке двух эпох отечественной литературе;

- выявить основные традиции классической литературы.

Работа состоит из введения, двух глав, заключение и литературы.

Глава 1 Глава 1. Формирование творческого мировоззрения А.Блока

1.1.Влияние классической литературы

Расцвет творчества А.Блока пришелся на бурный революционный пе-риод в начале века, а завершился уже в советское время. И на протяжении всей жизни Блока отличала обращенность к тради-циям русской классической литературы, прежде всего поэзии, ха-рактеризующаяся своеобразной избирательностью в разные перио-ды его творчества.

На раннем этапе творчества его развитие не означало смену одного увлечения другим, например: Жуковский -- Фет -- Соловьев. Всегда это было освоение новых идей, новых духовных ценностей, новых завоеваний в области художественного мастерства, но во-все не означало полного и безоговорочного отказа от всего, что со-ставляло его веру вчера.

Блок пережил на своем пути не один кризис и умел проводить личную «инвентаризацию» И переоценку ценностей, но даже самые решительные разрывы с идейным прошлым (например, с мистицизмом в 1906 г.) не приводили к забвению дорогих образов и имен. Так, в новую эпоху с нарастанием трагических интонаций в лирике, обращаясь к близким ему теперь Григорьеву, Баратын-скому, Тютчеву, Лермонтову, он вовсе не охладел навсегда к ку-мирам его молодости. Важно еще и другое. Мы знаем, что первым учителем Блока был Жуковский, что увлечение Вл. Соловьевым пришло после того, как А. А. Кублицкая-Пиоттух, мать поэта, по-дарила ему на пасху весной 1901 г. книгу стихов Соловьева.

Поэты, о которых говорили выше, каждый по - своему оттеняет раз-ные грани блоковского творчества: так, собственно в теме гибели человека в страшном мире преимущественно близкими Бло-ку оказались Григорьев и Баратынский, в освещении других тем -- любви, человека в мире и во времени, его окружающих, России --велика роль Тютчева, и наконец воспитание воли к под-вигу, укрепление жажды протеста и борьбы, преодоление трагизма жизни проходили под несомненным воздействием Лермонтова. Подчеркнем еще раз слово преимущественно, так как прак-тически Блок, конечно, имел в виду всю свою литературу сразу. Вследствие этого вполне может быть, что в стихотворении, кото-рое мы чисто условно называем в его творчестве «тютчевским», «просвечивает» Баратынский, а в «григорьевском» уже слышен Тютчев или Лермонтов.

К проблеме обнаружения традиций классического искусства, классической литературы в творчестве какого-либо автора возмо-жен двойственный подход.

Один путь -- выявление сходных тем и художественных обра-зов, выявление похожих структур, приемов в творчестве разных авторов. При всей важности и трудоемкости такой работы нужно помнить, что она существенно ограничивает исследователя и тре-бует большой осторожности в выводах, так как часто это оболочка, наполненная другим по сравнению с «первоисточником» содержанием. Особенно существенна эта оговорка в отно-шении Блока, о чем очень верно заметил видный исследователь его творчества Н. Венгров: «В поэтической речи Блока они («ши-роко известные образцы».) выполняют функцию, схожую с литературной цитацией и сплошь и рядом, но более того»[5]. Но и пренебрегать подобным «сближением» не следует: когда в про-изведениях Жуковского мы обнаруживаем первичную огранку об-разов, которые позже засверкают в произведениях великих Пуш-кина, Лермонтова, Тютчева, Блока,-- это, может быть, еще не ли-тературная традиция, но уже истоки ее, помогающие яснее увидеть единую линию развития нашей литературы.

Другой подход -- более масштабный, когда важнейшей предпо-сылкой двуединства поэтов устанавливаются типологические вза-имосвязи между системами мышления художников. Представляет-ся, что вне этого принципиального положения проблема исследо-вания традиций и новаторства в творчестве того или иного авто-ра не может быть раскрыта. И суждение того же Венгрова: «Ра-боты о творческих связях Блока дают плодотворные результаты лишь в том случае, если они вскрывают мировоззренческие, твор-ческие связи и влияния»[6 ]-- справедливо не только в отношении Блока.

Таким образом, действительные творческие связи художника покоятся, с одной стороны, на стилеобразующей (или чуть уже -- формообразующей) традиции, однако прежде всего они опосредо-ваны общностью мировоззренческих принципов, мирочувствований художников. Такой подход к изучению литературных истоков твор-чества Блока определяет круг имен русских поэтов XIX в., кото-рых мы называем его предтечами: В. Жуковского, А. Фета, Ап. Григорьева, Е. Баратынского, Ф. Тютчева, М. Лермонтова. Ес-тественно возникает вопрос, почему в этом ряду нет имен А. Пуш-кина, Н. Некрасова, Я. Полонского, А. Апухтина.

Через всю жизнь пронес Блок благоговейное отношение к ве-ликому Пушкину. То, что последним из написанного им стало по-слание «Пушкинскому дому»,-- совпадение, но в общем не случай-ное. Имя Пушкина рассыпано в статьях, дневниках и письмах поэта, его строки и образы часто возникают «в кадре» блоковских стихотворений. Пушкинская национальная и общекультурная тра-диция ощущалась Блоком как постоянное животворное начало в литературе. Однако в выработке собственного художественного метода творчества Блок идет в стороне от Пушкина. И даже там, где, казалось бы, пересечение неминуемо, где возникает пушкин-ская тема («Шаги командора», например), решение ее не пуш-кинское.

Таков же характер связей Блока с Некрасовым. Возникнове-ние и усиление гражданских мотивов в поэзии Блока в револю-ционную эпоху, развитие в ней темы России и народа неминуемо сближало его с поэтом-демократом (например, в ранней лирике -- «Из газет», в более поздней -- «На железной дороге», циклы «Ро-дина», «Вольные мысли», «Город»), Но опять-таки можно отме-тить лишь некоторое совпадение структуры произведений Блока с некрасовскими, своеобразие же раскрытия темы в них вполне блоковское.

Пластика и ясность пушкинских образов, их скульптурная зри-мость, сугубо заземленный характер поэзии Некрасова, требова-ние простоты художественной формы, обязательное для обоих по-этов, то есть все то, что характеризует их творчество как реали-стическую поэзию русской литературы XIX в., не было органиче-ски свойственно художественному методу Блока. Блок принадле-жал и сам ощущал себя принадлежащим романтической ветви отечественной литературы, к тому же он был художником траги-ческого мировоззрения. Поэтому для него оказался важным и ор-ганически усвоенным в природе его творчества опыт русских по-этов-романтиков, указанных выше. Круг этих имен, «подпирающих» Блока, и определяет содержание нашей работы

О том, что нужнее -- сладкие яды забвения, парализующие волю, «елисейские поля», где воздух синеет блаженством, или гру-бая демократическая пища, он произнесет сам по своему адресу почти тот же приговор. По счастью, история редко ставит перед художником проблему подобного дихотомического выбора,-- по счастью, так как он всегда грозит драмой жизни художника, что и было в судьбе Блока, драмой искусства. Это всегдашнее проти-воречие между поэзией гражданской, обращенной к нуждам сего-дняшнего дня страны, народа, и поэзией, апеллирующей к вечным ценностям или понимаемой исключительно так ее оппонентами.

В определенные моменты истории, например в моменты предре-волюционной ситуации, эти противоречия, как правило, обостря-ются. Поэзия вечных ценностей, как бы она ни была хороша, от-влекает, с точки зрения критиков, читателя от животрепещущих проблем его времени. Так «сбрасывали с парохода современности» классику футуристы, так воевал с Пушкиным Писарев, по тем же причинам отрицали Жуковского декабристы.

1.2. Романтические традиции Жуковского в раннем творчестве А.Блока

Итак, когда мы ведем речь о Блоке, на раннем этапе творчест-ва «повторяющем» Жуковского, то два важнейших фактора долж-ны приниматься в расчет: идеалистическое мировоззрение, мисти-цизм юноши и в целом социальная пассивность, аполитич-ность быта его семьи, сближавшаяся с мистицизмом и внесоциальностью творчества Жуковского.